Среда, 24.05.2017, 20:45Читайте, комментируйте, спрашивайте.
Главная » Статьи » Мои статьи

Терроризм, религиозный экстремизм

Террор как средство достижения цели

 

Разные политические силы в мире использовали и продолжают использовать террор как средство достижения своих целей. Цели эти могут быть от приемлемых и отвечающих общепринятым мировой цивилизацией нормам, но по определенным причинам отвергаемых правящей силой, до абсурдных, с которыми не могут согласиться как мировое сообщество, так и население, от имени и в интересах которого действуют силы, в своей деятельности применяющие террор как орудие своей политики.

 
Как пример приемлемых требований можно привести ситуацию в Алжире, когда определенные силы на демократических выборах получили большинство в парламенте, а результаты выборов были заменены чрезвычайным положением и продлением полномочий действующей власти. В ответ в стране пошел террор: протест избирателей, выразившийся во взрывах, поджогах, захвате в заложники иностранных граждан и т.д. Аналогичная ситуация в Палестине. Нравится кому то или нет, ХАМАС выиграл выборы, оттеснил правящую на протяжении многих лет партию ФАТХ. Во многом эта победа объяснялась отсутствием на политической арене харизматической фигуры Ясира Арафата, который своей безответственной политикой завел палестинскую проблему в тупик. При всей абсурдности политики Арафата, именно харизматичность с заслугами в прошлом позволяли ему держать Палестину в тех рамках, в которые ставил лидера ООП Израиль. Особенно наглядно абсурдность политики Арафата продемонстрировали нам тогда, когда окруженная израильскими войсками резиденция Арафата осталась без света и воды, а из бункера, освещенного свечами полуживой Арафат говорит: «Мы победим! Это конец Израиля!». Фактически это был конец Арафата и его эпохи. (Именно Арафата в этом самом бункере мне напоминают громогласные заявления некоторых лидеров непримиримых, появляющиеся в Интернете.). А в Палестине сегодня победители вынуждены держать оборону от проигравших, а проигравшие выступают как главная политическая сила, представляющая Палестину. Главное, и мировое сообщество эту силу принимает — их принимают в «эталоне» и в «мировом арбитре по демократии» в США, с ними заключают договора и соглашения. Именно потому ХАМАС оценивает это как недружественный к Палестине акт со стороны тех, кто продолжает контакты с ФАТХ как с правящей партией, а не потому, что ХАМАС агрессивен и изначально недружественен к мировому сообществу. Иначе говоря, мировое сообщество провоцирует ХАМАС на недружеские акты, иногда переходящие грани разумного.
 
Что же происходит у нас? В начале 1990-х в республике появилась и отметилась юридически новая сила в религиозном течении. Возглавляла эту силу партия исламского возрождения, а духовным лидером был печально известный Багаудин. Отсутствие опыта общения с политическими партиями и группами инакомыслящих, возможно и наоборот — богатый опыт общения с инакомыслящими за годы коммунизма заставил власть пойти по советскому пути. Партия эта оказалась преследуемой, гонимой. Никакого отношения к партиям и общественно-политическим движениям ДУМД не имел и не имеет, они могут или сотрудничать, или не сотрудничать с кем-то. Они могут умалчивать или выступать против в рамках допустимых Конституцией и Законом страны и республики. Но в случае с партией исламского возрождения главными не только оппонентами, но и законодателями, и судьями стали представители ДУМД: НЕТ этой партии! А власть, используя все свои возможности (СМИ, распространение клеветнических измышлений, физическое устранение лидеров, угрозы), всячески стала притеснять и выживать ее с политической арены Дагестана. Если бы власть и традиционалистов, и т.н. ваххабитов поставила бы в рамки закона и конституции, пресекала бы любые поползновения за эти рамки с чьей бы стороны это не происходило, возможно, этой кровавой развязки не было бы. Не было бы терроризма, по крайней мере, религиозного. Вместо этого пошел прессинг. Агрессивный, средневековый. Вспоминаю, как заместитель министра ВД РД прилюдно хвастался мне, мол, как он в горном с. Мекеги при всем сельском джамаате взял за грудку одного  из сельских «бородачей» и сказал: «Если ты будешь продолжать эту свою идеологию, я тебя во-о-он с того минарета спущу собственными руками!». (В результате через некоторое время сам оказался жертвой). Разрушались мечети, совершали нападения на медресе, грабили имущество, избивали активистов. Вот был метод. Так действовала власть. И сегодня власть вправе закрыть любое учебное заведение, мечеть или иное учреждение, но это должно быть оформлено через суд на основании фактов в деятельности этого заведения, противоречащих закону и конституции. Что мешало судебным органам тогда на основании закона закрывать мечети или медресе, если были на то основания? Законных оснований не было, потому власть устраивала подобные провокации,  не без удовольствия пассивно наблюдала за тем, как народ сам наводит порядок. Народ тогда и представить не мог, во что это все выльется. Власть на то и власть, что должна не только действовать, но и прогнозировать свои действия. Тем более, когда о последствиях подобного отношения к проблеме и его недопустимости говорили и журналисты, и политологи. Даже Гаджи Абашилов, который сегодня одобряет все методы борьбы с непримиримыми, забыв о том, кто их сделал непримиримыми, тогда призывал к мирному решению конфликта между официальным духовенством и новым движением мусульман в рамках конституции и закона.
 
Если мы хотим окончания терроризма и мирной благополучной жизни в республике, мы должны прежде всего думать не о том, как себя должны вести «неуправляемые». Мы должны думать о том, что мы сами можем и должны сделать для этого.
 
А можем при желании многое. Отсутствие обозначенного лидера «непримиримых» затрудняет решение этого вопроса. Иное было дело при живом Расуле Макашарипове или Ясине Раслове. Можно ли назвать Докку Умарова лидером «непримиримых» дагестанцев? Думаю, что нет, это загнанные люди, которые с каждым днем все больше и больше не  только в пещеры сами уходят, но и переходят на пещерную политику. А Багаудин? Даже, если он за пределами России. Насколько он может влиять на разрозненные группы, от имени ислама и ради Аллаха приносящих в жертву дагестанских милиционеров и госслужащих? Если бы все дело было в тех самых деньгах, точнее в долларах, которые якобы они получают для совершения террористичесих актов, было бы проще покончить с этим — заплатили бы чуть больше, чтобы переломить эту ситуацию и всё бы решили.
 
Нужно идти на контакты. На контакты как открытые, так и в рамках спецмероприятий. Естественно, для этого нужна амнистия и неприкосновенность тех, кто идет на переговоры – ведь истории известны случаи, когда и при самых кровопролитных сражениях представители противостоящих сторон садятся за стол (тайно или явно), затем возвращаются на исходные позиции. На время переговоров прекращаются даже военные действия. Парадоксальная ситуация в регионе, о чем не раз говорили и центральные СМИ: министр обороны Ичкерии, руководивший боевыми действиями против российской армии на протяжении не месяца или двух, который награждал особо отличившихся в этой борьбе, присваивал звания, - сегодня депутат парламента . А какой-то дагестанский 18-летний юноша, оказавшийся в этом ряду в силу тех или иных обстоятельств, чаще всего от него независящих, вынужден скрываться в лесах и продолжать свою борьбу с теми, кто на него охотится! Весь актив той, воюющей Чечни, который призывал, организовывал, обеспечивал сопротивление — сегодня работают министрами, начальниками милиции, сотрудниками разных подразделений власти (интересно, сохранили чеченские чиновники воинские звания — ведь каждый второй в Чечне был генералом!), а дагестанские радикалы остаются разыскиваемыми и преследуемыми! Нужно вести работу по налаживанию контактов, по подготовке конкретных переговоров с представителями непримиримых. Личность министра ВД РД не самая подходящая для этих целей фигура. А переговоры нужны, контакты нужны, нужны даже в том случае, если нам придется идти на контакты с теми, с кем бы нам очень не хотелось. Даже с Багаудином, если эти переговоры принесут пользу для общества. Главная задача — снять напряжение в обществе, поднять экономическое благосостояние дагестанцев, улучшить положение сотен тысяч наших братьев. Этому сегодня мешает именно нестабильность в регионе, повышенный риск для капиталовложений, неуверенность в завтрашнем дне. А для этого в первую очередь нужно отменить закон о противодействии религиозному экстремизму и ваххабизму, ведь экстремизм и терроризм и без ваххабизма уголовно наказуемы. Тем более, по оценкам специалистов он противоречит Конституции РФ и международным правовым нормам, о чем давно говорят как правозащитники, так и юристы. Конечно, нельзя этого делать, если главными специалистами в законотворчестве республики выступает духовное управление Дагестана.

 

 

 

Категория: Мои статьи | Добавил: saidov-ak (04.02.2008) | Автор: Абдурашид Саидов
Просмотров: 638 | Комментарии: 4 | Рейтинг: 5.0/3 |
Всего комментариев: 1
1  
Правительству не выгодно чтобы в республике было стабильность.А когда такой хаос и бардак и под лозунгами вахабисты террористы денег легче воровать. А если не будут эти вахабиты и террористы то как эта команда воров в белом но красном от крови доме, денег будут просит у москвы.....Это они придумали ярлыки для мусульман вахабит и тарикатчик и своих подручных шакалов внедрили среди мусульман для раздора.
И перед москвой щакальничают дажи снимают штаны ради денег....

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Copyright MyCorp © 2017
Создать бесплатный сайт с uCoz