Среда, 24.05.2017, 20:41Читайте, комментируйте, спрашивайте.
Главная » Статьи » Актуальная тема

Об интервью президента Дагестана Муху Алиева "ЭМ"
В первом же вопросе г-на Варфоломеева противоречие: если, как он говорит, Дагестан является единственным субъектом, который, следуя закону и конституции, объявляет, продлевает и прекращает контртеррористические операции, выходит, «гнездо терроризма» именно там, где следуют закону и конституции?
Я надеялся, что господа из «ЭМ» поинтересуются методами КонтрТерОпераций, в частности, как в республике могут палить со всех видов оружия по многоэтажному жилому дому, как могут раскрошить частные дома, в которых, по мнению силовиков, находятся «террористы». Ладно, не спросили и не спросили. В целом интервью получилось интересным, нескучным.
 

Президент в своей терминологии признает существование религиозно-политического противостояния в республике, но тут же переносит его не в политическую, а в уголовную плоскость: «религиозно-политический экстремизм является серьезной угрозой безопасности для республики. ... ... Есть группы бандитов, террористов, которые в некоторых районах Дагестана сегодня остались». По словарю Ожегова «бандит» - это человек, занимающийся вооруженными грабежами или входящий в группу, занимающуюся вооруженными грабежами. Адрес действия  бандитов все те, у кого есть что забрать: золото, деньги, ценности и пр. Таких грабежей в криминальной хронике Дагестана, по крайней мере, связанной с «религиозно-политическими» силами, я не слышал. Есть адресные удары, наносимые исключительно по власти: силовики, политические деятели. Это состояние войны. Войны, ставшей естественным продолжением политики власти начиная с конца 1980-х, которая не пожелала  в свое время иметь дело с этой самой «религиозно-политической силой», все время подменяя ее послушной кучкой алимов.  Поскольку начали с религии, перейду в конец интервью Муху Алиева, где он опять вернулся к религиозным проблемам. Говоря о хороших религиозных традициях, президент резко переходит на военную форму, которую в 1999 году надел муфтий: «у нас вообще религиозные традиции очень хорошие. Наверное, таких традиций на Северном Кавказе, не наверное, а точно нет. Вы же помните, в 99 году муфтий надел военную форму, чтобы демонстрировать, не столько воевать, а продемонстрировать, что эти религиозные экстремисты ничего общего с религией не имеют, что это ваххабиты, это не священная война, не газават».  Это традиция? Хотелось бы знать примеры подобной традиции и в прошлом, может, кто из читателей знает? Тут же могу сказать: называемые президентом, муфтием, министром ВД и прочими чиновниками "ваххабитами", возможно, не менее богобоязненные мусульмане, чем те, которые следуют традициям одевания  формы российской армии. Религия, дело не столько связанное с конституцией и законами, сколько с Богом и Божьим словом. Степень преданности вере не партийным собранием или имамом мечети определяется, тут судья Сам Всевышний. Потому не конституция,  закон или ДУМ, Патриархия, Святейший Синод определяет степень богобоязненности и преданности православию или исламу, а Господь Бог. Потому я бы не торопился оценивать их, тем более так радикально: кто из них мусульмане, а кто нет. И кто из противоборствующих (ваххабитов и проводников тех самих религиозных традиций) ближе к Истине, тоже одному Всевышнему знать — не муфтию, не президенту республики, даже не президенту РФ. А продолжающееся противопоставление и стравливание одних против других, мира в руководимом Муху Алиевым Дагестану не принесет. У меня масса претензий к так называемым ваххабитам, не меньше претензий и традиционалистам. Но пока одни из них будут гонимыми, пока они не смогут мне отвечать на равных, я не могу им предъявлять претензии.

В самом начале деятельности Муху Алиева были какие-то нотки, знаки, что он понимает абсурдность создавшейся в республике ситуации. Журналисты и политологи надеялись на поворот в сторону примирения, возвращения всех на «нулевую» точку, после которой Закон и Конституция республики и страны станут главным мерилом в деятельности не только религиозных сил, но и, прежде всего чиновников. Однако вскоре после прихода к власти одна за другой произошли смены приближенных и советников, соответственно поменялся и настрой президента. Буквально на днях читал где-то, мол, в начале 1990-х ваххабиты в Дагестане пытались проникнуть во власть, для чего «протащили» в ВС ДАССР своего депутата Ахмад-Кади Ахтаева, «который был проводником идеологии религиозного экстремизма». Господа, поднимите хоть одно выступление ныне покойного Ахмад-Кади Ахтаева, хоть одно высказывание с трибуны верховного совета Дагестана, где можно было бы упрекнуть его в чем-то? И что, один Ахмад-Кади чуть не объявил Дагестан шариатским, исламским? Понимаю страх правящей партии, когда оппозиция занимает парламент на 25-30 проц, а когда этот процент начинает приближаться к 50, хоть чрезвычайную ситуацию объявляй! (Алжир, Палестина — выборы демократичные, но выигрыш не у «нужных» людей). Один единственный депутат от исламистов в республиканском парламенте, и то был нейтрализован (загадочная смерть здорового, молодого врача, который практически ни на что не жаловался).  А экстремистов надо было искать в Государственной Думе РФ прошлых созывов, где крестом по башке били священников, за волосы тащили женщин, открыто призывали свергать конституционный строй в России. Разыскиваемый ныне Интерполом лидер непримиримых Багаудин, будь он депутатом ГД РФ,  не был бы таким экстремистом, каких мы видели с 1992 года на трибунах и в зале ГД. Мир в республике настанет лишь тогда, когда власть перестанет делить мусульман на «хороших» и «плохих», когда и те и другие смогут активно участвовать в общественной  жизни республики. В начале 1990-х власть категорически не приняла эту формулу и наткнулась на 1999 год. Если и сейчас власть не поймет пагубность своей стратегии и тактики по отношению к мусульманам республики, 1999-й нам покажется учением.

Теперь о демократии. По мнению Муху Алиева для прямых выборов глав регионов нам не хватает богатого электората. «...для более-менее правильного решения этих вопросов, должен быть такой уровень и материального благополучия граждан, когда они могли бы свободно голосовать». Иначе, по мнению президента Дагестана,  приходят на выборы олигархи-толстосумы и «Люди, которые каким-то образом, что могли, прихватили в разное время, подготовку к выборам сводят к тому, что надо накапливать деньги. А сколько у меня денег – ага, сколько я могу раздать, столько-то могу раздавать». 

Во первых, не прихватили, а украли, украли при попустительстве или соучастии той же самой власти, что и сегодня: под бдительным и зорким взором министра ВД РД, прокурора и других, кто по долгу своей службы обязан был это предотвратить.

Во-вторых, закон о выборах не предусматривает раздачу денег. Опять таки, куда смотрят те же правоохранительные органы, почему не конфискуют наличность кандидатов, раздающих деньги и не снимут их с предвыборной гонки, как это предусматривает закон? Этим вы прилично пополнили бы казну дотационной республики. Вместо этого силовики объявляют войну тем, кто не согласен с властью и гонятся по горам, ловят тех, кто выступает против власти. Против такой власти.

А на счет   материального благополучия граждан и выборов отмечу, что в 1991 году народ Дагестана особым благополучием не отличался, если не сказать, что он был намного беднее. Я со своими соратниками тогда проводил выборы первого президента России в Дагестане. Муху Алиев и сегодня не скрывает, что весь аппарат республики делал все, чтобы не голосовали за Ельцина. Были физические угрозы активистам сторонников Ельцина, сам эти угрозы не раз получал. Каких только провокаций не было предпринято. По России ни  в одном регионе Борис Ельцин не получил такой процент, как в Дагестане, у нас было выше, чем в Свердловской области- на родине Б. Ельцина! Даже за уважаемого в республике Рамазана Абдулатипова, обозначенного как вице-президент одного из кандидатов (Бакатина) не снизили  процент голосов за Б. Ельцина! Были выборы. Была политическая культура, была цель. Так кто же деморализовал избирателей сегодня, что мы вмиг лишились, как говорит М. Алиев, политической культуры? Не это ли яркий пример уничтожения гражданского общества за последние годы под лозунгами о гражданском обществе и его достоинствах? Был объективный подсчет голосов, хотя, грязные технологии и тогда применяли, опять-таки, применяла ее власть, а потому могли лишь занизить процент за Ельцина, но не поднять!

 

На счет тенденции укрупнения регионов Муху Алиев достаточно четко и твердо ответил: НЕТ! Мало того, он дал понять, что ни Красноярск, ни Таймыр или иная область России  государством в прошлом не были. А Дагестан, как сказал Муху Алиев, был ГОСУДАРСТВОМ. «Это было государство, которое путем войны в течение целого века, можно сказать, было присоединено к России. Это государство. И так махнуть рукой, как некоторые политики, надо создать губернию, это не удастся». А бывшее государство, маленькое оно или большое, слабое оно или сильное, хотим мы этого или нет, - всегда будет пытаться восстановить свою государственность. Старания эти будут тем больше, чем более не устраивает налогоплательщиков политика Кремля. Конечно, в свете происходящей и грядущей административной реформы, было бы идеально объединить Северо-Кавказские республики в Горскую республику. И не по бредовой идеологии печально известных «дегенератов» из Конфедерации Горских народов Кавказа, которые были первыми инициаторами и провокаторами той искры на Кавказе, из которой вспыхнула чеченская  война в 1994 году, а во имя создания единой экономической зоны на Юге России и более тесной интеграции родственных народов этого региона. Но этого сама Москва не захочет. (Слишком нервозно они вспомнят и имамат Шамиля, и Горскую республику Нажмутдина Гоцинского, и то ли Имарат, то ли Имират, то ли Эмират, о котором сегодня заговорили вчерашние борцы национально-освободительного движения Чечни). Да и местные князьки  с бюрократией не на жизнь, а на смерть будут бороться за сохранение своего княжества. Но сохранить вряд ли удастся: объединят вопреки здравому смыслу — кого-то с Калмыкией, кого-то с Астраханской областью, а третьих со ставропольем и Краснодарским краем.
 
А об истерике на соцопрос о "кандидате Касьянове", где параллельно досталось и газетам, "за которыми стоят один-два человека" можно лишь коротко: похоже и читают их "один-два человека", и опрос они проводили на троих с привлечением (или подкупом?) третьего со стороны. 

 

Факт самого этого интервью есть шаг вперед в развитии Дагестана. Руководитель ДОЛЖЕН выходить в СМИ, ДОЛЖЕН говорить с народом, но, в то же время, ожидание чего-то, ожидание перехода от слов к делу, как говорят в Дагестане, слишком долгое. А некоторые в этом ожидании сами того не замечая стали противниками, оппонентами вчерашней своей надежды в лице Муху Алиева.

 (текст интервью на сайте "Эхо Москвы": http://echo.msk.ru/programs/razvorot/58390/   ) 

Категория: Актуальная тема | Добавил: saidov-ak (01.02.2008)
Просмотров: 666 | Комментарии: 2 | Рейтинг: 5.0/3 |
Всего комментариев: 1
1  
Вот смотрите какой у нас вризидент как относиться к Исламу... вот поэтому и унас в Дагестане будут продолжаться КОНТРМУСУЛЬМАСКИЕ ОПЕРАЦИИ..
В. ВАРФОЛОМЕЕВ: Последний вопрос совсем из другой сферы. Вы хотите, чтобы ваши внуки, внучатые племянники, члены вашей семьи юного возраста, чтобы они в школах изучали религию?

М. АЛИЕВ: Не хочу и считаю, что никакой необходимости нет изучать религию в школах. В школах можно и, наверное, нужно религиоведение, основы мировых религий.


Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Copyright MyCorp © 2017
Создать бесплатный сайт с uCoz